Современное ювелирное искусство

0
14 сентября 2012
1436 прослушиваний

Требуется обновление Чтобы прослушать подкаст, необходимо обновить либо браузер, либо Flash-плейер.
Встроить
Текстовая версия

Т. Сова: Дорогие друзья, здравствуйте, вы слушаете подкаст SovART, и в эфире звучит голос Татьяны Совы. Напротив меня сидит замечательная гостья, о которой мы не раз разговаривали в блоге и вконтакте, и о которой вы давно меня просили. Это дизайнер ювелирных изделий Маша Мамкаева. Маша, привет.

М. Мамкаева: Здравствуйте.

Т. Сова: Я не буду тратить время на долгие представления, я этого не люблю. Начну сразу с кучи вопросов, которые задают все везде вокруг. Во-первых, расскажи нашим друзьям, где ты училась, потому что, как я думаю, это многих удивит.

М. Мамкаева: По первому образованию я не имею никакого отношения к ювелирному искусству. Я закончила Санкт-Петербургский государственный университет, биолого-почвенный факультет, и по образованию я вирусолог-микробиолог.

Т. Сова: Это должно давать некий стимул для придумывания интересных украшений.

М. Мамкаева: Да, это огромное поле для вдохновения, поэтому не жалею ни капли. А непосредственно ювелирному мастерству я училась в лицее, у нас, по-моему, он один единственный, где ребята учатся не только ювелирке, но и всяким другим специальностям. У них там были в своё время курсы, которые я закончила как дополнительное образование и получила специальность ювелир-монтировщик, кажется, второго или третьего разряда. В последствии, я пошла учиться в школу «Образ и форма» Галины Николаевны Ковалёвой, где уже учат конкретно дизайну ювелирных изделий. Очень благодарна этой школе, потому что там действительно хорошая база, замечательные преподаватели. Кажется, она у нас одна из самых лучших.

Т. Сова: А где она находится, скажи поконкретнее, если вдруг кто-то захотел сейчас...

М. Мамкаева: Она находится на Петроградке, ул. Большая Пушкарская, а вот с домом могу ошибиться, по-моему, 46. По крайней мере, у них есть страничка Вконтакте и сайт «Образ и форма». Они регулярно проводят конкурсы современного ювелирного искусства. Кто-то, может быть, их знает по конкурсам.

Т. Сова: Маша, как вообще пришло в голову, почему от микробиологии ты вдруг решила пойти в ювелирку, как это получилось?

М. Мамкаева: Всё просто: нечего было носить. Мне не нравился ассортимент в магазинах, и я решила сделать что-нибудь для себя сама. Исключительно из этих соображений.

Т. Сова: И как пошло дальше? Ты начала где-то выставляться, что-то показывать. У тебя огромный послужной список, насколько я знаю. Расскажи, с чего вообще началось твоё более-менее профессиональное увлечение этим. Когда хобби переросло в профессиональное увлечение, скажем так.

М. Мамкаева: Наверное, когда я пошла учиться к Галине Николаевне. Из профессионального у меня ушло в дизайн, то есть идейную составляющую, не просто ремесло, а уже с какой-то концепцией изделия захотелось делать. С тех времён и пошло.

Т. Сова: А скажи, ювелир-монтировщик — это, в принципе, человек, который умеет работать с металлом, правильно? То есть, дальше идёт ювелир-закрепщик, который умеет вставлять камни.

М. Мамкаева: Да, там разные подразделения: полировщики отдельно, литейщики отдельно. Потом идут уже модельеры, которые делают эталоны для производства. Есть художники-ювелиры на производстве, которые придумывают изделия.

Т. Сова: И как это происходило, когда ты закончила обучаться профессии ювелир-монтировщик. Где ты брала металл, дома ли ты работала? Хотелось бы узнать такие мелочи.

М. Мамкаева: На самом деле, я работала частично дома, надо же тренироваться. Металл — латунь и мельхиор, это вполне доступно. Латунь — это даже переплавка каких-то старых монет. Ничего сложного.

Т. Сова: А более профессионально, где человек может просто взять и найти латунь?

М. Мамкаева: В специальных магазинах для ювелиров. Магазин «Рута», по-моему, находится на Яблочково. Есть ещё «Юма», это где-то около Финляндского вокзала. На самом деле их много. В Интернете стоит забить «инструмент для ювелиров, и там, в том числе, продаётся металл.

Т. Сова: Значит, ты начала с того, что просто работала с металлом, что-то выливала, выплавляла, точила?

М. Мамкаева: Да.

Т. Сова: А как получилось, что ты начала участвовать в первых выставках, появились первые изделия, которые тебе захотелось показать? Или оно само получилось?

М. Мамкаева: Конечно, мотивация была со стороны школы, поскольку оттуда я узнавала про конкурсы. И, как человеку тщеславному, мне тоже захотелось попробовать. И я уже стала делать конкретно для конкурсов, поскольку для конкурсов (особенно по современному ювелирному дизайну) просят идею, концепцию, оригинальные материалы. Оттуда и пошло, уже стало интересно работать не только с металлом, но и с какими-то нестандартными для традиционного ювелирного искусства материалами.

Т. Сова: Какими, например?

М. Мамкаева: Пластик, каучук, какие-нибудь резины. В общем, всё, что только можно.

Т. Сова: То есть по идее ты сама сейчас обучаешься тому, как с ними работать. У тебя нет руководителя или человека, который бы тебя наставлял.

М. Мамкаева: Сейчас да. Появляются новые материалы и, конечно, их хочется попробовать. То есть, это совершенно не обязательно материал для ювелирного производства ювелирных дел, но просто что-то очень красивое, что хочется применить. И уже думаешь, как это лучше сделать.

Т. Сова: Расскажи немножечко побольше про свой жизненный и творческий путь. Это всем интересно гораздо больше, чем информация о школах. Твой личный пример, как всё происходило, как ты развивалась и какие сейчас планы на жизнь.

М. Мамкаева: Моё первое образование дало мне подспорье, поскольку мир микробов очень удивительный и замечательный. И, конечно, основное вдохновение я черпала оттуда, поскольку хотелось поделиться ещё и с окружающими тем, что можно увидеть. Хотелось это воплотить в таких материалах, как металл с камушками. Поэтому и до сих пор всё, что касается науки, лаборатории, животного мира — эта тематика присутствует в моих изделиях. И в названиях и в самих идеях изделий.

Т. Сова: Ты изначально коллекциями делаешь? Скажем, не единичные изделия, а целая коллекция под какой-либо концепт.

М. Мамкаева: В общем-то, да. Во-первых, это и самой интересно, потому что как только ты сделал одно изделие, сразу появляется куча идей, как можно обыграть по-другому заданную тематику и уже там не остановиться. Уже присутствуют всякие вариации на тему. Бывают, конечно же, единичные какие-то изделия, но, как правило, в основном коллекции.

Т. Сова: А сколько проходит времени от начала, задумки, от какой-то искры в голове до конечного продукта. Уже до того, когда ты надеваешь колечко на палец, примеряешь.

М. Мамкаева: Сразу скажу, у всех по-разному, у меня тоже. Но я человек нетерпеливый, а самое главное, я всё делаю для себя. То есть, изделие я делаю, что бы я носила.

Т. Сова: То есть, они должны в первую очередь тебе нравиться?

М. Мамкаева: Мне нравиться. Я всё делаю исключительно для себя. И, поскольку мне хочется быстрее-быстрее, то иногда у меня бывает, если это какой-нибудь пластик, то это может быть час. А если это более сложный материал или несколько материалов, то может быть неделя.

Т. Сова: Ну, то есть в принципе, сроки не такие долгие.

М. Мамкаева: Да, но это у меня такой характер. Я хочу сказать, что мне хочется всегда побыстрее, поскорее увидеть, поэтому да, это вот всё характер. Я могу сутками сидеть, делать, не спать, не есть, лишь бы поскорее увидеть конечный результат.

Т. Сова: А расскажи про технологию работы с пластиком именно. Вот как это происходит. Нужно ли его нагревать, выливать в какие-то формы, как это вообще?

М. Мамкаева: Ну, смотря какой пластик. Но, в основном это нагрев идёт и придание формы. Тут уже всё зависит от конкретного пластика и чисто опытным путём подбирается температура, чтобы он получше гнулся и не горел и ничего с ним не происходило.

Т. Сова: То есть это как, зажигалкой ты делаешь?

М. Мамкаева: Спиртовкой. Или может быть даже над плитой, если мне не нужно открытое пламя, то в этом плане электрическая плита очень даже хороша. Можно в воде в горячей, то есть там уже по-разному.

Т. Сова: То есть в принципе, опять же, это любой человек дома может спокойно начать, если вдруг вот сейчас человеку захотелось. Девушка сидит, которая нас слушает и тоже постоянно недовольна ювелирными коллекциями — либо дорого, либо некрасиво, либо как-то неинтересно, либо как у всех. И тоже хочется что-то начать самой делать. То есть в принципе, проблем особых нет с тем, чтобы найти материал, понять, как его использовать.

М. Мамкаева: Сейчас нет абсолютно, мне кажется, сейчас вообще проблем с этим нет, потому что все, в общем-то, и художественные магазины кишмя кишат разного рода новыми материалами. Конечно, на западе покруче с этим, то есть они всё равно впереди идут. Что-то можно заказывать в иностранных магазинах, это будет приходить, и это можно будет использовать. Мне кажется, вообще, проблем нет, было бы желание.

Т. Сова: То есть тот же пластик продаётся в ювелирных магазинах без проблем.

М. Мамкаева: Нет, пластик не в ювелирных магазинах, но его, скажем, можно приобрести в магазинах для рекламы. То есть, где рекламная продукция, рекламные щиты, всякого рода огни рекламные. Вот там и продают пластик. Можно его приобрести.

Т. Сова: Маленькие секреты такие. В общем если, дорогие друзья, вы будете проходить, буквально в скором времени, где-то мимо рекламной какой-то компании или студии, обязательно зайдите и просто попросите, чтобы вам дали пластик. Приобретите его, пусть он вам мозолит глаза, лежит на столе. Пусть вы на него будете постоянно натыкаться, чтобы, наконец, чего-то начать делать. И это будет очень здорово. Маша, следующий вопрос следующий. Он немножко всё-таки переходит через грань именно человека искусства в отрасль человека в мире других человеков искусства. То есть, к чему я веду. К тому, что всё-таки мир ювелирных вещей, говорят о нём всякие разные вещи, и достаточно сложно в него влиться. Как у тебя это происходило. И вообще, влилась ли ты в него, и насколько ты активно общаешься с какими-то ювелирными компаниями, как это происходит и происходит ли вообще?

М. Мамкаева: Честно скажу, с ювелирными компаниями мне в принципе не интересно общение, поскольку я ушла в искусство, я так это называю. А у них всё-таки производство, это в принципе не моё, и как-то я даже и не парюсь, извините меня за выражение, на этот счёт. Другое дело, что я общаюсь с коллегами, дизайнерами тоже ювелирных изделий. И, конечно, у нас там обмен опытом, обмен идеями. Безусловно, регулярные выставки в нашем городе, я знаю Junwex, потом «Ювелирный олимп», конкурс «Мир камня» который проводит. Там ежегодно мы встречаемся, кто-то кого-то знает по работам, кто-то кого-то лично, но, тем не менее происходит всё время взаимообмен и довольно активно.

Т. Сова: То есть, как правило, с дизайнерами именно одиночками, грубо говоря.

М. Мамкаева: Просто лично мне это более интересно, потому что там интересные люди, какие-то могут быть сотрудничества, какие-то выставки организуются, это всегда приятно.

Т. Сова: То есть ты стоишь на мире камня, есть у тебя своя какая-то тумбочка, где можно прийти и купить что-то у тебя. Именно твои такие необычные зелёные колечки. Я влюбилась, если честно, я даже написала тебе в группе: «Сколько стоит?». Ждала ответа, не дождалась, сейчас спрошу. То есть, можно где-то, да? Потому что я подобных не видела на «Мире камня».

М. Мамкаева: Тот «Мир камня», который проходит в академии нет, мы стоим только, наша школа представлена, или как-то мы компануемся с коллегами, на «Ювелирном Олимпе». Это «Мир камня», который в Манеже проходит, кажется, раз в год, то ли перед Новым Годом, то ли после Нового Года. И стоим на Junwex тоже. Но сами изделия... мы сейчас сотрудничаем с дизайнерами одежды, поскольку мы их, видимо, привлекли, и они сами ищут всё время аксессуары такие какие-нибудь из ряда вон. И мы сейчас «Пространство, культура, дизайнерская одежда и аксессуары» называется, в Пассаже находится на третьем этаже. Там у нас, грубо говоря, постоянная экспозиция.

Т. Сова: То есть, там можно приобрести. В связи с этим вопрос сразу возникает: из чего выходит цена? Скажи прямо сразу среднюю цену своих изделий из пластика, скажем.

М. Мамкаева: Из пластика цена невелика. От пятисот, наверное, до тысячи рублей.

Т. Сова: А если говорить о каких-то металлических и так далее?

М. Мамкаева: Там, конечно, наверное, от полутора и до...

Т. Сова: И до многоточия.

М. Мамкаева: Да, потому что есть какие-то изделия, которые в принципе мне близки к сердцу, и, честно скажу, мне с ними бывает жалко расставаться.

Т. Сова: И ты специально ставишь заоблачную цену?

М. Мамкаева: Да, то есть если я считаю, что прямо шедевр, как художник, то да, я могу. Но это моё сугубо субъективное мнение.

Т. Сова: То есть, цена, в принципе, выставляется исходя из того, насколько тебе самом близок вот этот экземпляр, а не исходя из того, что «я думаю вот это купят за столько»?

М. Мамкаева: Нет. То есть, понятное дело, что на какие-то изделия я могу повторить, не смотря на то, что дизайнер, много раз. Естественно, цена будет соответствующая. А некоторые изделия я знаю, что я их больше не повторю, даже если захочу. И уже отношение как к произведению искусства. Моё; понятное дело, что другие люди это могут воспринимать по-разному. Но лично я могу так.

Т. Сова: Но ты стараешься все-таки не повторять, или как? Или когда просят, повторять?

М. Мамкаева: Один в один всё равно и не получится, и не интересно. То есть всё равно как-то что-нибудь хочется новенькое добавить. Но в принципе, нет, наверное, не повторяю. Но я имею в виду, что плюс-минус, то есть какие-то лёгкие изделия, в принципе, и в исполнении, и цена на это будет не очень высока. А какие-то такие материалы могут быть, одно время использовали какие-то старинные вещи в изделиях. И, естественно, раритеты у нас были. В вещах, пряслице какое-нибудь третьего века

Т. Сова: Ух ты! То есть это была тоже целая коллекция такая или с элементами?

М. Мамкаева: Да, у нас коллекция «Реликвия» называлась. Там были старинные пуговицы разных веков, пряслица, куски ключей и прочее. Это мы включали в современном исполнении.

Т. Сова: А вот смотри, Маш, ты всё время всё-таки говоришь — у нас, мы, наша школа. Всё-таки расскажи, кто это — мы, потому что я тебя воспринимаю как тебя.

М. Мамкаева: Я, на самом деле, из школы. Я сейчас сотрудничаю ещё с одним автором — Вилков Юрий, тоже, наверняка, видели его изделия. Поэтому я уже как-то себя ассоциирую с ним и говорю «мы».

Т. Сова: То есть, у вас творческий тандем.

М. Мамкаева: Ну, у нас не то что тандем, но, просто вдвоём не так страшно, поэтому да.

Т. Сова: А страшно было вообще начинать, показывать и участвовать где-то? Вообще, насколько ты сама изначально думала, что твои работы конкурентоспособны? Потому что очень часто страдают именно творческие люди от того, что они себя, может быть, недооценивают изначально, пока им кто-то не скажет: «Ты что! Срочно!»

М. Мамкаева: В общем-то, да. Поначалу, конечно, было очень страшно, потом привыкла. Но, одно дело — конкурсы и выставки, когда ты выставила, а жюри «да» или «нет», и ты, в общем-то, к этому философски относишься. А другое дело, когда ты уже в реальную жизнь, с реальными людьми и с какими-то дизайнерами другими общаешься. В смысле, как мы сейчас с дизайнерами одежды, и мы уже смотрим как более широкий пласт публики на это реагирует. Здесь какой-то был момент, хотя, в принципе, сейчас мне, наверно, уже ничего не страшно, потому что главное для меня — получать удовольствие от процесса. И я вообще делаю, повторюсь, всё исключительно для себя.

Т. Сова: Но сейчас это, всё-таки, стало делом жизни уже, да?

М. Мамкаева: Да.

Т. Сова: То есть, если тебя сейчас попросить: "Маша, сможешь ли ты чем-то вообще другим заняться. Вдруг. Кроме ювелирки. Как ты на это отреагируешь?

М. Мамкаева: Я просто ещё, понимаете, живописью занимаюсь очень серьёзно, поэтому это у меня две такие параллельные вещи, и они обе для меня очень дороги, и ювелирное искусство, и живопись. И выбрать я не смогу между ними.

Т. Сова: А вот опять же вопрос такой — насколько это помогает тебе? Рисовать, вырисовывать какие-то эскизы. Это вообще возможно — быть ювелиром, быть художником, фактически, ювелирных изделий, не будучи художником в принципе?

М. Мамкаева: Видите, тут знание технологии в любом случае нужно, то есть если мы говорим о каком-то более-менее традиционном — металл, камни, то всё равно какие-то основы должны быть. Пайка, полировка, то есть без этого, наверное, всё-таки никак. Бывает, можно самому этому научиться, то есть почитать книжки. Есть много литературы. Я, в общем-то, поначалу даже и читала и что-то сама пыталась делать. Насчёт того, что необходимо ли художественное образование... Ну, скажем так, оно не помешает. Везде же есть самородки, в любого рода искусстве — и рисунок, и живопись и в музыке, и тут тоже они могут быть. Но, конечно, если есть какое-то образование, с ним легче.

Т. Сова: То есть, неоспоримые плюсы, преимущества

М. Мамкаева: В общем-то, да, хуже от этого, безусловно, не будет. Я имею ввиду именно знание композиции, потому что это мы уже не просто на плоскости, мы уже переходим в объём. То есть, это уже трёхмерная у нас штука получается. И, конечно, знать, чего должно быть больше, чего должно быть меньше, чтобы это гармонично смотрелось, это не повредит.

Т. Сова: А у тебя-то что первично? Всё-таки картины твои, живопись, или ювелирное искусство, что первое? Курица или яйцо?

М. Мамкаева: Периодически пальму первенства перехватывает то одна, то другая деятельность, поэтому...

Т. Сова: А началось с чего?

М. Мамкаева: Началось с ювелирного искусства, и потом я ушла очень серьёзно в живопись.

Т. Сова: Масло?

М. Мамкаева: Масло, да.

Т. Сова: Холст, масло. То есть, у тебя два стола: на одном, соответственно, пахнет и всё ярко, измазано красками, а на другом куча опилок металлических, так?

М. Мамкаева: В общем-то, так оно и есть на самом деле. Я в каких-то изделиях очень люблю использовать цвет, потому что именно уже как живописец. Мне нравится экспериментировать с эмалями, с цветом, чтобы изделие было ещё и какое-то... Живописная составляющая чтобы присутствовала.

Т. Сова: Вот ты эмали как раз затронула. Это наиболее тяжёлая, да, техника, и наиболее вредная, насколько я понимаю, при изготовлении в домашних условиях. Это наиболее тяжело, да?

М. Мамкаева: Эмали есть горячие и холодные. Для горячей нужна специальная муфельная печь, высокая температура, и, в общем-то, в домашних условиях это сделать тяжело. Холодные эмали — это, по сути, двухкомпонентная эмаль, которую, опять же можно приобрести практически в любом магазине для ювелиров. Конечно, должно быть проветриваемое помещение, а лучше, чтобы тяга была.

Т. Сова: Но, это гораздо легче, да? То есть, опять же, в принципе, если у тебя есть какая-то возможность на площади какой-то разместиться, то ты можешь это и дома делать.

М. Мамкаева: Да.

Т. Сова: Насколько вообще долго ты шла к своей мастерской? Она есть, вообще, сейчас, или нет?

М. Мамкаева: Есть.

Т. Сова: Есть. Какой процесс, когда ты поняла, что «ну, всё, я хочу свою мастерскую, я не могу дома больше это делать?

М. Мамкаева: Дети с мужем попросили меня.

Т. Сова: Мама, переезжай!

М. Мамкаева: Ну, в общем, да, они сказали, что хватит.

Т. Сова: То есть, вот так. А дети вообще носят твои украшения?

М. Мамкаева: У меня мальчики, но они делают, поэтому да.

Т. Сова: Уже семейный подряд.

М. Мамкаева: Это так, да, поскольку они из воска активно моделированием как раз занимаются. Младшему четыре года, и для него это прямо... Он сидит и может часами лепить колечки.

Т. Сова: Как здорово, моторику развивает сразу, всё в одном. Ближе всё-таки к теме, об обучении ювелирному искусству: в плане обмена опытом, ты затронула эту тему — когда ты ещё имеешь возможность и где пообщаться, побеседовать, как-то обменяться опытом, кроме выставок каких-то?

М. Мамкаева: В Интернете, в Facebook.

Т. Сова: То есть, чисто в социальных сетях, кто где найдётся, да?

М. Мамкаева: Там легче. Я пыталась, честно скажу, найти какие-то форумы ювелирные, и даже где-то я там что-то обсуждала, но, не пошло. Как-то у нас быстро это всё угасало. А вот что касается обмена опытом с иностранными коллегами, что наиболее интересно лично для меня, потому что у них, естественно, отличается и дизайн, и материалы, и они, в принципе, ведущие, впереди нас, это точно. Facebook лично для меня это наиболее удобное, то есть я часто участвую в конкурсах именно через Facebook, в международных.

Т. Сова: То есть, встреч никаких не организуется. Вдруг в Питере или в Москве просто какой-то фуршет для ювелирных мастеров.

М. Мамкаева: Обычно это в рамках выставок всё всегда проводится. Ну а так, договариваемся лично, иногда встречаемся. Но, в общем-то, может быть и есть, но я не в курсе какой-нибудь один день, когда последняя пятница октября мы встречаемся, я не знаю.

Т. Сова: Такого нет. Тогда ещё более, может быть, глупый вопрос, он будет звучать немножко странно, но: сколько ты насчитаешь ювелиров, которых ты знаешь, скажем, из Петербурга? Просто, навскидку. Десять, двадцать, в пределах какой цифры?

М. Мамкаева: Вообще ювелиров? Или дизайнеров?

Т. Сова: Давай будем всё-таки ювелирами-дизайнерами ограничиваться, не будем уж брать закрепщиков, монтировщиков, полировщиков, цепевязов.

М. Мамкаева: Человек тридцать я знаю точно, может быть больше.

Т. Сова: Тридцать дизайнеров ювелирных изделий по Петербургу. И все они чем-то своим занимаются. То есть, у них есть свой бренд какой-то.

М. Мамкаева: Плюс-минус да. Просто кто-то делает редко, но он это делает и делает очень хорошо, и это не стоит со счетов списывать, потому что действительно человек может сделать раз в год какую-то потрясающую работу, и он будет называться дизайнером ювелирных изделий. У кого-то и свои бренды, да.

Т. Сова: И как тебе кажется вообще, это цифра адекватна для Петербурга.

М. Мамкаева: Да нет, мало, конечно. Но, тут ещё если мы говорим про ювелирные украшения, как в принципе что-то, что мы носим, то, конечно, у нас намного больше людей, которые hand-made это называется, делают всякие штучки. Если мы говорим именно как о произведениях искусства, как бы ближе туда, то есть не просто ремесло какое-то, а что-то со смыслом, то, конечно, мало. Как культурная столица, могло бы и побольше быть.

Т. Сова: А в Москве, конечно, больше?

М. Мамкаева: В Москве больше. В Москве тоже очень интересные есть люди.

Т. Сова: А как тебе кажется, с чем связано именно такой маленький рост, небольшой. Ведь и геммологических институтов у нас нет, где-то обучиться, скажем, знанию геммологии в Петербурге тоже невозможно, да? То есть, по идее, ты не можешь, скажем, работать с камнями. Можешь только наощупь или какие-то читать, опять же. Почему вот этого нет, или нет к этому никакого вообще спроса?

М. Мамкаева: Я думаю, нет спроса. Я знаю, проводятся курсы, это так можно назвать, для получения специальности «геммолог». Но, не уверена, что в Питере. По-моему, человек питерский, а читает в Москве. Но, я думаю, главным образом это связано с тем, что нет спроса.

Т. Сова: То есть, у тебя, скажем, когда ты начала, много у тебя украшений с минералами, с камнями?

М. Мамкаева: Да. Ну, как, относительно, но в общем-то да.

Т. Сова: Как это происходит? Есть какие-то у тебя знания об этом, или ты просто идёшь и думаешь: «Хочу вот этот камешек. Он мне подходит, скажем, по цвету, по форме, красивенький, вот вставлю». Как, вообще?

М. Мамкаева: Знания, безусловно, есть, но основное мне главное, чтобы камушек вписывался в мою концепцию.

Т. Сова: И где ты их выбираешь? Опять же, на «Мире камня», или ты едешь в Москву, на Большом Индийском рынке нашем замечательном, набираешь там?

М. Мамкаева: Иногда на «Мире камня», иногда знакомые геммологи есть, у которых может быть что-то очень интересное — я у них это приобретаю. Иногда заграницей.

Т. Сова: А какие-то аукционы, принято тоже на аукционах закупаться, на таких, где просто ставишь цену какую-то и бьёшься за них, за эти вот камешки.

М. Мамкаева: Как-то у меня если обычно идея есть, то мне нужно очень срочно и очень быстро, и у меня нет ни времени, ни особого желания на аукционы.

Т. Сова: То есть, ты подбираешь, в принципе, уже под готовую идею. То есть, идея у тебя есть, и под неё камешек.

М. Мамкаева: По-разному. Иногда бывает такой красивый камушек, что думаешь: «Боже мой, мне просто его нужно, я просто нуждаюсь в нём». И уже под него что-то, бывает и так.

Т. Сова: То есть, в принципе, подводим итог этой маленькой дискуссии о геммологии, не обязательно иметь какое-то профессиональное образование ювелиру, правильно, чтобы камни использовать. Ты же их не ограняешь сама, ничего не делаешь. То есть, есть для этого специальные огранщики, и они должны уже знать о кубической форме и всё остальное. А для тебя это не принципиально, по идее.

М. Мамкаева: Не принципиально, но всё равно какие-то знания, что если я буду крепить этот камень, конечно, мне не нужно, чтобы он треснул или прочее про твёрдость что-нибудь. Но, в общем-то, эта информация доступна в Интернете и везде.

Т. Сова: То есть, по идее, вот эти школы и не нужны в большом количестве, поэтому они... Просто в Москве такая у них стоимость, что волей неволей возникает вопрос: видимо, спрос есть, потому что цена просто заоблачная какая-то. Сто с лишним тысяч получается за курс, и человек выходит, по идее, тоже с базовыми достаточно знаниями о том, что вот этот камешек называется так, у него твёрдость такая-то. По идее то, что можно прочитать в Интернете. Да, человек на него смотрит в течение некоторого времени, но это не даёт практически никаких конкретных знаний по жизни.

М. Мамкаева: Во-первых, может быть это связано как-то (как предположение), что бывают же люди, которые инвестируют в камни, которые присутствуют не в ювелирных изделиях, а сами. Может быть, во-первых, для этого, как вложение денег в какой-то розовый бриллиант огромных размеров. Во-вторых, для, вероятно, эксклюзивных ювелирных изделий, очень дорогих, которые в обсыпке — бриллианты, рубины, изумруды, подборка оттенков, можно для таких вещей. Ну и для экспертизы, конечно. Часто бывает, приходят: «а что это? а зачем это? а настоящее ли это?». Как эксперты тоже работают геммологи.

Т. Сова: Маш, вопрос такой: есть у тебя желание преподавать что-нибудь, и может ли какой-то из наших слушателей вдруг обратиться к тебе с вопросом: «могу ли я у вас взять пару частных уроков?» Как ты к этому отнесёшься?

М. Мамкаева: Скорее положительно, но, опять же, смотря что нужно.

Т. Сова: Просто, вот ему хочется что-то делать. Я думаю, что вряд ли будет какое-то понимание, что конкретно нужно. Вот «я хочу уметь вот так делать», и показывает какую-нибудь фотографию твоих работ. Ты возьмёшься его учить и несколько занятий ему преподать? И во сколько бы ты оценила? Извини, конечно, за такой вопрос сразу с места в карьер, но всё-таки. Во сколько бы ты оценила, скажем, десять занятий?

М. Мамкаева: Это, конечно, сложный вопрос, потому что... Ну, не дёшево, однозначно, потому что тут, наверное, речь пойдёт о каких-то ноухау, и, естественно, делиться своими сокровенными, честно признаюсь, не всегда, потому что зачастую ты выезжаешь именно на каких-то своих находках. А сколько — не знаю, сложный вопрос, честно скажу.

Т. Сова: То есть, если бы ты взялась, то ты, наверное, не выдавала бы каких-то секретов, а дала бы только азы, да?

М. Мамкаева: На самом-то деле, здесь секретов таких принципиальных, наверное, нет. Просто каждый человек рано или поздно сам до них додумывается. В этом плане очень важно смотреть на работы других мастеров, чтобы работала голова, чтобы понимать. Не для того, чтобы повторять, но для того, чтобы понимать, как это сделано. А если ты не понимаешь, значит, это гений делал. Поэтому нет каких-то таких уж совсем секретов, поэтому, наверно, поделюсь с лёгкостью.

Т. Сова: То есть, в принципе, тебе можно вот так вот написать вконтакте, мы же всё это выложим, прикрепим всё это к выпуску — фотографии изделий, твои сайты и всё выложим. То есть, в принципе, ты будешь открыта к общему доступу. Если тебе кто-то напишет вот с такой просьбой, ты, в принципе, не откажешь?

М. Мамкаева: В принципе, да, проконсультирую; скажем, на том же Facebook часто спрашивают: а как вы получили такой цвет, а как это сделать, а скажите марку эмали, которой вы пользуетесь. Почему нет. Может быть, я и не захочу этим заниматься, не знаю, через десять лет, а кто-то будет продолжать. Главное же, чтобы это дальше имело.

Т. Сова: Это хорошая очень история с этим делом, потому что мне кажется, что таких желающих всё-таки возникнет определённое количество. Ну ладно, далее у меня следующий вопрос, достаточно банальный: какие планы, какие в ближайшее время выставки и где тебя можно будет увидеть с какими-то новыми интересными вещами?

М. Мамкаева: У нас тут грядёт конкурс «Образ и форма». Кажется, он в этнографическом музее будет проходить, по-моему, двадцать пятого числа. В общем, где-то в двадцатых числах сентября.

Т. Сова: То есть, туда могут все желающие придти?

М. Мамкаева: Да, там, по-моему, вход открытый на финал конкурса. Плюс ещё сейчас не я, но мои изделия поедут в Москву на Junwex, там будут выставлены. И, в общем-то, все питерские традиционные — питерский Junwex, там будут. А какие планы... Планы, наверное, смотрят на запад.

Т. Сова: То есть, расширяться.

М. Мамкаева: Мы и так — я и мои коллеги, сотрудничаем с иностранными ювелирами, а это, в общем-то, интереснее.

Т. Сова: И они открыты к общению, к каким-то совместным проектам?

М. Мамкаева: Да, у них, на самом деле, очень много — итальянцы, французы, они регулярно проводят тематические конкурсы. Была тема: изделия с галькой — вот народ фантазировал на тему ювелирных изделий с галькой.

Т. Сова: Именно ювелирных изделий?

М. Мамкаева: Ювелирных изделий, да.

Т. Сова: То есть, инкрустировали что-то там, наверное.

М. Мамкаева: Там, на самом деле, было здорово, всякие разные, самые разнообразные изделия бывают. Интересные, на самом деле, изделия — экологическая тематика из всяких отходов, что-нибудь такое. «Кронфест» был у нас тем летом, вот мы там, ну и я там тоже, мои изделия из мусора были.

Т. Сова: То есть, в принципе, твоя деятельность, опять же, не ограничивается какими-то определёнными именно материалами, определёнными тематиками. То есть, ты абсолютно открыта к творчеству в любой форме, в любом проявлении и с любыми материалами, будь то живопись, будь то ювелирное искусство, будь то вообще всё, что угодно.

М. Мамкаева: В общем-то, да, поэтому меня можно назвать художником и всё. Без каких-то привязок.

Т. Сова: Человек искусства.

М. Мамкаева: Да. Потому что бывает, мы переходим к большим каким-то, с ребятами там делали арт-объекты очень огромных размеров. Это тоже интересно.

Т. Сова: Тоже на «Кронфесте»?

М. Мамкаева: Нет, это мы делали один объект в Юсуповском дворце. Мы там делали путеводную нить Ариадны. В общем, у нас был огромный клубок двухметровый, два метра в диаметре. И у нас был город джиннов из бутылок представлен. Кто-то, может быть, кто по фестивалям современного искусства посещает, то могли видеть.

Т. Сова: А как происходит приглашение на такие темы? Просто по знакомым, или тебя приглашают именно благодаря тому, что ты в ювелирной среде известна и вообще, как человек.

М. Мамкаева: Очень по-разному. Если первое время я сама искала. Понятно, что про городские я знала, а про в других странах или в других регионах — это я искала в Интернете, посылала заявки. Сейчас, поскольку обросла кругом знакомых, то приглашают и знакомые, а сейчас уже и приглашают сами меня иногда все фестивали и прочие конкурсы.

Т. Сова: Давай подведём итог небольшой: спустя какое время ты обросла, по идее, таким количеством знакомств и какой-то такой статусностью, чтобы тебе можно было более или менее как-то не стучаться в каждую дверь и не говорить: «Здравствуйте, я Маша, я хочу поучаствовать»?

М. Мамкаева: Наверное, пять лет.

Т. Сова: Пять лет. То есть, пять лет плодотворной упорной работы, поиска и везде участия.

М. Мамкаева: Да, я активно участвовала везде, где только можно, посылала заявки. На самом деле, это тоже отдельная работа мною была проведена. Я выискивала конкурсы, куда можно подать, где можно заявить о себе.

Т. Сова: Ну что же, дорогие наши слушатели, готовьтесь, пожалуйста, к плодотворной постоянной работе. Тут лениться нельзя, невозможно, ничего тогда не добьёшься. Это совет от нашего замечательного гостя, дизайнера Маши Мамкаевой.

Ладно, будем уже, наверное, подходить к концу. Я думаю, что мы будем периодически встречаться, возможно ещё выпуски запишем какие-нибудь про какие-нибудь интересные другие тематики, потому что тема ювелирного искусства вообще не особо раскрывается где-то в каких-то СМИ. Достаточно редко, если только Интернет-ресурсы, опять же, мы тоже Интернет-ресурс.

Маша, что такое искусство всё-таки?

М. Мамкаева: Долго я регулярно думаю над этим вопросом, и наверное, я скажу так: искусство — это некий акт творения человеком чего-то, если его вдохновляет что-то. Вдохновение необходимо, чтобы это всё превратилось в искусство, а не осталось ремеслом.

Т. Сова: Замечательно! Дорогие друзья, с вами был подкаст SovART, Татьяна Сова и Мария Мамкаева, дизайнер, ювелир. Все ссылки смотрите, пожалуйста, в нашем выпуске. И спасибо большое Маше.

М. Мамкаева: Спасибо вам! Счастливо.

Ширина

Современное ювелирное искусство — это невероятно интересно! В гостях — Мария Мамкаева, дизайнер ювелирных изделий. За пять лет Мария достигла многого на поприще ювелирного искусства, сотрудничает с итальянскими дизайнерами, постоянно участвует в различных выставках, а также в курсе современных тенденций.

В подкасте:

— Как началось увлечение ювелирным искусством?
— Где в Санкт-Петербурге можно обучиться специальности ювелира-монтировщика и дизайнера ювелирных украшений?
— Где приобрести товары для изделий?
— Что дает участие в выставках?
— Насколько развито в России ювелирное искусство и в чем нас обогнали за рубежом?
— И еще много полезной информации в выпуске о ювелирном искусстве!

Группа Вконтакте

Cтраница Марии Вконтакте

Cтраница Марии в Facebook

Страница Марии на ArtNow.ru

Украшения можно купить в ТД «Пассаж».

Мы ждем вас в гости ежедневно! С 11:00 до 21:00.

Санкт-Петербург, Невский пр., д. 48, ТД «Пассаж», 3 этаж.

Выпуски

Комментарии